| Время |
[31 Oct 2004|01:21pm] |
Однажды Путин забыл перевести часы на час назад. Оно-то вроде не страшно совсем, но в тот день в шесть вечера в Кремль рабочие слуцкого древкомбината должны были завезти доски. Путин ждал рабочих целый час, исстрадался, измучился весь. Приехали рабочие, а он им говорит: мол, вы опоздали на час, доски наверняка испортились за это время и никуда не годятся. Рабочие, конечно, переспективой бессмысленного времяпровождения напуганы донельзя, кричат, что доски вовсе не йогурты и не портятся так быстро, что судьба рабочего слуцкого древкомбината сложна и полна лишений, что время надо было перевести на час назад и вообще. В общем, сплошная суета.
А Путин вдруг улыбнулся прозрачно и говорит:
- А вот если время перевести на час назад, изменится ли расстояние между одной и той же минутой во вчера и сегодня?
- Не изменится, - хором отвечают рабочие.
- Но ведь тогда вы можете перевести время и на час вперед, - отвечает Путин.
Рабочие мгновенно просветлились.
Позже они основали собственный монастырь дзен в Слуцке.
|
|
| день рождения путина: отрочество |
[07 Oct 2004|11:04pm] |
Когда Путин был подросток, ему на день рождения постоянно дарили контурные карты. "Учись, будешь геодезистом или даже великим путешественником" - поощряли его родственники. Путин втайне мечтал о доске на колесиках - о скейтборде, а контурные карты ненавидел и специально горящие танки на них рисовал всюду - как будто война. Потом же аккуратненько разрывал карты по меридианам и параллелям, писал на кусочках слово "Доски" и ел в надежде, что это сработает. Иногда, действительно, проглоченные желания сбывались, но не совсем точно - дарили то гладильные, то стиральные доски, которые сразу отбирала мама - мол, очень нужные в хозяйстве вещи. Тогда взял Путин большой лист ватмана, написал на нём гуашью ДОСКИ и нарисовал большое сосновое полено с маленькими веселыми колесиками. Потом маникюрными ножницами разрезал картинку на мелкие квадратики и съел. От этого у него довольно скоро случилось несварение и к нему привели доктора.
Доктор пришел, долго осматривал язык Путина, кряхтел всячески, а потом выписал ему АМИДОПИРИН. Это такие маленькие веселые колесики.
|
|
| день рождения путина: детство |
[07 Oct 2004|11:02pm] |
Когда Путин был маленьким, ему на день рождения постоянно дарили необходимую одежду - ботинки, свитер теплый, зимнюю шапку. Это его ужасно раздражало - всякий раз он втайне надеялся, что ему подарят наборчик для выжигания. Где выжигательный прибор специальный и ДОСКИ прилагаются, чтобы выжигать на них. А родственники - ни в какую. На шестилетие подарили варежки и носки вязаные. На семилетие - американское пальтишко из секонд-хенда. На восьмилетие расщедрились, обрезали папину дубленку и завернули в разноцветный целлофан: будет тепло зимой маленькому Путину!
Тогда Путин на крайние меры пошел: взял доску из сарая, выжег зажигалкой для газовой плиты на ней фразу "Купити сыну выжыгательны набор суки!", и подписался "Фантомас". И направился мстительно в родительскую спальню доску шершавую под одеяло подкладывать. Правда, по дороге вдруг просветлился и передумал: оказывается, на самом деле скучное это занятие - выжигать. Оказывается, намного веселее обычные доски носить и в постель класть. Вернулся тогда Путин в сарай, набрал чистых досок, без надписей, и родителям в постель подложил просто так. А ту заветную доску, где Фантомас, спрятал у себя в комнате на память. Она до сих пор в Кремле хранится, та доска. Только слово "выжыгательны" стерлось чуть-чуть.
|
|
| Доскохранилище (эпизод 5) |
[06 Oct 2004|02:00pm] |
Мэрилин Мэнсон очень любил Путина. Потому как Путин – политический субъект, а значит – поп-идол, а мэнсонова внутренняя идеология подразумевает одержимость Мэнсона символами поп-культуры. Сначала Мики-Маус, потом Библия, Клинтон, а теперь вот и Путин. Разухабился Мэнсон, письма стал Путину похабные писать, со страшным словом «куннилингус». Путину и читать неудобно - срамота одна, и в печь кидать невыгодно – как-никак звезда мировой культуры, светоч американского невежества. Путин-то Мэнсона не любил. Путин любил доски. Бывало, принесут ему еще с утра досок смолистых, березовых, и он их до обеда то языком облизывает, то напильничком стругает, а то и девок блудливых приведет, заставляет их по доскам ерзать и на камеру это дело снимает. Иногда еще, если вдохновение найдет (договор какой подпишет, в Мурманскую область с визитом съездит), чулок накупит сетчатых, и давай на доски чулки натягивать – доски загадочными такими становятся сразу, недосягаемыми. Иногда еще, когда нервничал, брал хлыст и бичевал доски. А потом разжалобится, и ну доски в кружева наряжать—они такие экстравагантные становятся тогда, даже неудобно. Чего только не придумывал! Раз даже искусственный член к доске привязал, да устыдился своих намерений. Понятно, что не до писем ему, Путину, было. Впрочем, как Мэнсон прознал, что Путин с досками творит, он быстро эту эпистолярику забросил и потом с интервью оправдывался про что-то вроде комплекса неполноценности. «Даже как-то неуместно после этого в Россию приезжать, -- говорил операторам Эм-ти-ви, -- Их, поди, после досок ужо никто не удивит» – и в камеру слюною желчной – ТЬФУ!
© - 2002
|
|
| Доскохранилище (эпизод 4) |
[02 Oct 2004|09:41pm] |
Александр Григорьевич Лукашенко очень любил лыжи. А Путин, как мы уже прочно усвоили, любил доски. Как-то встретил он Александра Григорьевича, мчащегося на лыжах по заснеженным полям. "Доски!" — подумал Путин про лыжи и уважительно поклонился Лукашенко, потому как для Путина всякий любящий доски товарищ и брат. "Путин! — подумал Лукашенко, — О!", потому что для Лукашенко всякий российский президент есть окно в Азию и ключ ко Вселенной. А лыжи проминают наст и думают о солнечных днях, когда они были досками и потрескивали от жары в поленнице.
© 2002
|
|
| Доскохранилище (эпизод 3) |
[02 Oct 2004|09:40pm] |
Путин, как мы уже знаем, очень любил доски. А Лев Толстой, зеркало русской словесности, очень любил детей. Бывало, Ясунари Кавабата, который светило японской литературы, пригласит Путина и Толстого на чайную церемонию — а они все ссорятся, торжественность момента разрушают. "Согласитесь, Лев Николаич, — говорит Путин, — что проку от этих детей! Срамота одна — малы, сопливы, бездумны. То ли дело доски!!! Струганые, гладкие, а то и на колесиках — тогда это скейтборд уже". А Лев Толстой Путина по головке гладит и приговаривает: "Доски — это дело серьезное, но дети — наше будущее". А Кавабата чай им подливает незаметно и думает: "Дзен заключается не в том, сколько досок приходится на одного ребенка, а в том, сколько паранойи рассеивается зря по миру".
© 2002
|
|
| Доскохранилище (эпизод 2) |
[02 Oct 2004|09:39pm] |
Как-то взял Путин доски, связал их меж собой — плот получился. А как-то еще Путин доски промеж собою гвоздями сбил — это уже была полочка для книг. Потом Путин подрос, начал категориально мыслить — взял он тогда доски и приклеил к ним чучело сыча. "Это, — говорит, — Модель Вселенной!"
© 2002
|
|
| Доскохранилище (эпизод 1) |
[02 Oct 2004|09:37pm] |
От авторов: Этим эпизодом мы начинаем ретроспективную публикацию досок, которые с далёкого 2002-го года пылились в Доскохранилище.
Доски очень любили Путина. Бывало, Путин выйдет до колодезя водицы набрать, а доски тут как тут — наползли, весь двор заполонили, шагу просто негде ступить. Ладные, струганные, древесиной пахнут, листы на них еще кой-где налипли, шуршат себе, скрипят, наглядеться на Путина не могут. "Путин!" — говорят, — "О!". Путин же очень любил доски. "Доски!" — говорит Путин. И так они и стоят до утра, переговариваются односложно и монументально.
© 2002
|
|
| navigation |
| [ |
viewing |
| |
most recent entries |
] |
|
|
|
|
![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif){kind=small}
dosky's journal